Читаем без скачивания Странствия убийцы [издание 2010 г.] - Робин Хобб

Я думаю, на самом деле он ждал, что я посочувствую ему.

— Значит, Регал послал тебя, чтобы ты присоединился к ним? — заметил я.

Барл странно улыбнулся:

— Как король Шрюд в свое время посылал твоего отца и Верити.

Он опять был прав. Я смотрел вниз, на толстую овечью шкуру, покрывавшую пол. С меня стекали капли воды. Тепло жаровни проникало в меня, и я дрожал, как будто мое тело отдавало весь холод, которого набралось на реке. Я быстро поискал моего волка. Он спал, и ему было теплее, чем мне. Барл протянул руку к столику у своего кресла и взял горшок. Он налил себе в чашку дымящегося мясного бульона и стал его пить. Я ощущал запах мяса. Потом он вздохнул и откинулся в кресле.

— Долгий путь мы прошли с того места, откуда начали, правда? — В его голосе было почти сожаление.

Я кивнул. Он был осторожным человеком, и я не сомневался, что он осуществит свои угрозы. Я видел форму его Силы и видел также, как Гален гнул и выкручивал его, выковывая оружие для Регала. Барл был предан выскочке принцу. Гален выжег в его сердце клеймо верности. Барл не мог отделить преданность Регалу от своей Силы. Он мечтал о власти и любил праздную жизнь, которую заработал Силой. На руках его больше не было мускулов, под туникой угадывалось брюшко, щеки обвисли. Он выглядел на добрый десяток лет старше меня. Но он будет защищать свое благополучие от всего, что может ему угрожать. Яростно защищать.

Сержант первым пришел в палатку, и вскоре после него появились солдаты со Старлинг. Она шла между ними и держалась с достоинством, несмотря на то, что лицо ее было покрыто синяками, а губа раздулась. В ней было ледяное спокойствие, и она прямо стояла перед Барлом, не говоря ни слова. Может быть, только я чувствовал кипящую в ней ярость. Она совершенно не выказывала страха.

Ее поставили рядом со мной, и Барл поднял глаза, чтобы оглядеть нас обоих. Он лениво указал на нее пальцем:

— Менестрель. Ты знаешь, что этот человек Фитц Чивэл, бастард-колдун.

Старлинг ничего не сказала. Это не было вопросом.

— В Голубом Озере Уилл из круга Галена, слуга короля Регала, предложил тебе золото, если ты поможешь нам выследить его. Ты отрицала, что знаешь, где он находится. — Он помолчал, как бы давая ей возможность оправдаться. Она снова промолчала. — И тут мы обнаружили, что ты опять разъезжаешь вместе с ним. — Он глубоко вздохнул. — И теперь он говорит, что, помогая ему, ты служишь Верити-самозванцу, и угрожает мне гневом Верити. Скажи мне. Прежде чем я сам отвечу. Ты с этим согласна? Или он оклеветал тебя?

Мы оба знали, что он дает ей шанс. Я надеялся, что у Старлинг хватит благоразумия воспользоваться им. Я видел, как она сглотнула. Она не смотрела на меня. Когда Старлинг заговорила, голос ее был низким и она хорошо владела им.

— Мне не нужны заступники, мой лорд. Я не служанка, и я не служу Фитцу Чивэлу. — Она помолчала, и я почувствовал головокружительное облегчение. Но потом она набрала в грудь воздуха и продолжила: — Но если Верити Видящий жив, он истинный король Шести Герцогств. И я не сомневаюсь, что все, кто утверждает обратное, испытают на себе его гнев. Если он вернется.

Барл резко выдохнул через нос и с сожалением покачал головой. Потом сделал жест в сторону одного из солдат:

— Ты. Сломай ей палец. Мне все равно какой.

— Я менестрель! — в ужасе воскликнула Старлинг.

Она с недоверием смотрела на него, да и все мы тоже. Это было нечто неслыханное — наказывать менестреля за измену. Убить менестреля — одно дело, но изувечить его — совсем другое.

— Ты меня не расслышал? — холодно спросил Барл, когда солдат помедлил.

— Сэр, она менестрель. — Человек выглядел потрясенным. — Это дурная примета — причинять вред менестрелю.

Барл повернулся к своему сержанту:

— Ты проследишь, чтобы он получил пять ударов еще до того, как я лягу спать. Пять, запомни. Я сосчитаю рубцы на его спине.

— Да, сэр, — слабо сказал сержант.

Барл снова повернулся к солдату.

— Сломай ей палец. Мне все равно какой. — Он произнес это, как будто никакого приказа раньше не было.

Человек двинулся к ней, словно во сне. Он собирался подчиниться, и Барл даже не думал отменять приказание.

— Я убью тебя, — искренне обещал я Барлу.

Он улыбнулся мне.

— Стражник. Пусть будет два пальца. Любые.

Сержант быстро вытащил нож и встал за моей спиной. Он приставил лезвие к моему горлу и толчком заставил меня опуститься на колени. Я глядел вверх на Старлинг. Один раз она посмотрела на меня ничего не выражающим взглядом, потом отвела глаза. Ее руки, как и мои, были связаны за спиной. Она стояла неподвижно, становясь все белее и белее. Потом солдат схватил ее руку. Она вскрикнула, хрипло, потом закричала в голос, но крик не мог заглушить двух тихих щелчков, которые издали ее пальцы, когда солдат резко отогнул их назад.

— Покажи мне, — приказал Барл.

Словно сердясь на Старлинг за то, что ему пришлось это сделать, человек швырнул ее на пол лицом вниз. Она лежала на овечьей шкуре у ног Барла. После крика она не издала ни звука. Два пальца на ее левой руке торчали в сторону под неестественным углом. Барл взглянул на них и удовлетворенно кивнул.

— Уведи ее. Следи, чтобы ее хорошо охраняли. Потом возвращайся к сержанту. Когда он закончит с тобой, придешь ко мне. — Барл говорил ровным голосом.

Стражник схватил Старлинг за воротник и рывком поднял ее на ноги. Он казался одновременно расстроенным и обозленным, выводя ее из палатки.

Барл кивнул сержанту:

— Теперь подними его.

Я стоял, глядя на него сверху вниз, а он смотрел на меня. Но теперь не было никаких сомнений в том, кто хозяин положения. Очень тихим голосом он заметил:

— Раньше ты сказал, что понимаешь меня. Теперь я в этом уверен. Путешествие в Мунсей может быть быстрым и легким для тебя и других, Фитц Чивэл. А может быть и по-другому. Все зависит от тебя.

Я ничего не ответил. Ответа не требовалось. Барл кивнул второму стражнику. Тот отвел меня в другую палатку. В ней были четверо гвардейцев. Мне дали хлеба, мяса и чашку воды. Я послушно позволил им связать мои руки спереди, чтобы я мог есть. После этого мне указали на одеяло в углу, и я пошел туда, как послушная собака. Мне снова связали руки за спиной и к тому же связали ноги. Всю ночь они поддерживали огонь в жаровне, и за мной постоянно следили по меньшей мере два человека. Мне было все равно. Я отвернулся и посмотрел на стенку палатки. Я закрыл глаза и ушел не в сон, а к своему волку. Его шкура почти высохла, но он все еще спал в полном изнеможении. Холод и течение сделали свое дело. У меня оставалось одно утешение. Ночной Волк был жив, и теперь он спал. Интересно, на каком берегу реки?